• 0
    Голосов: 0

    афоризмы от Артура Шопенгауэра часть3.

    Опубликовано: 2523 дня назад ( 6 января 2010)
    Блог: марина
    Настроение: позитивное
    Играет: Данко-Ломаная линия
По отмирании воли смерть тела уже не может быть тягостной.
Под конец жизни дело идет …, как в конце маскарада, когда снимают маски.
Постоянный умственный труд делает нас более или менее непригодными к заботам и треволнениям действительной жизни
Предчувствуя близость смерти, я сознаюсь, что ненавижу немецкую нацию вследствие ее бесконечной глупости и что я краснею от того, что принадлежу к ней.
Принуждение неразлучный спутник всякого общества, и всякое общество требует жертв, которые оказываются тем тяжелее, чем ярче наша собственная индивидуальность.
Природа аристократичнее человека. Различия званий и состояний в европейских обществах, а также кастовые различия в Индии ничтожны в сравнении с различиями в умственных и нравственных качествах людей, полагаемыми самой природой.
Природный ум может заменить любое образование, но никакое образование не может заменить природного ума.
Проповедовать мораль легко, обосновать ее трудно.
Прощать и забывать - значит бросать за окно сделанные драгоценные опыты.
Рожденные для того, чтобы направить мир чрез море лжи к истине и вывести его из глубокой пропасти дикости и пошлости - на свет, к высокой культуре и благородству, - они, хотя и живут среди людей, однако, все же не принадлежат, в сущности к их обществу и потому уже с юности сознают себя значительно отличающимися от них существами; впрочем, вполне ясное сознание этого слагается не сразу, а с годами.
С точки зрения молодости жизнь есть бесконечно долгое будущее; с точки зрения старости — очень короткое прошлое.
Самая дешевая гордость - это гордость национальная. Она обнаруживает в зараженном ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.
Самостоятельность суждений — привилегия немногих; остальными руководят авторитет и пример.
Скука неизбежна лишь для тех, кто не знал иных удовольствий, кроме чувственных и общественных, не позаботившись об обогащении своего ума и развитии своих сил.
Слава и честь — близнецы, но такие же, как Диоскуры, из которых Поллукс был бессмертен, а Кастор — смертен: слава есть сестра бессмертной чести.
Смерть — вдохновляющая муза философии: без нее философия вряд ли бы даже существовала.
Сообразовать философию с видами властей и делать ее орудием для добывания денег и должностей, по-моему, все равно, что причащаться с целью утолить голод и жажду.
Сострадание к животным так тесно связано с добротой характера, что можно с уверенностью утверждать: кто жесток с животными, тот не может быть добрым человеком.
Средний человек озабочен тем, как бы ему убить время, человек же талантливый стремится его использовать.
Судьба тасует карты, а мы играем.
Сущность поэзии, как и всякого искусства, заключается в восприятии платоновской идеи.
Те, которые надеются стать философами путем изучения истории философии, скорее должны вынести из нее то убеждение, что философами родятся, так же как и поэтами, и притом гораздо реже.
То, что людьми принято называть судьбою, является, в сущности, лишь совокупностью учиненных ими глупостей.
Тот человек, один избранник из сотни, снискивает себе мое уважение, который, когда ему приходится чего-нибудь ждать, то есть сидеть без дела, не примется барабанить и постукивать всем, что только попадется ему в руки - палкой, ножиком, вилкой, еще чем-нибудь. Он, вероятно, о чем-нибудь думает.
Тот, кто отрицает разум у высших животных, должен сам иметь его немного.
Ты не можешь ничего поделать с окружающей тебя тупостью! Но не волнуйся напрасно, ведь камень, брошенный в болото, не производит кругов.
Умственное превосходство, даже самое значительное, проявит в разговоре свой решительный перевес и будет признано только после того, как человеку минет сорок лет.
Ценна не слава, а то, чем она заслужена.
Час ребенка длиннее, чем день старика.
Часто порицают, бранят гордость, но я думаю, что нападают на нее главным образом те, кто не имеет ничего, чем мог бы гордиться. При бесстыдстве и глупой наглости большинства, всякому, обладающему какими-либо внутренними достоинствами, следует открыто выказывать их, чтобы не дать о них забыть; кто в простоте душевной не сознает их и обращается с людьми, как с равными себе, того люди искренно сочтут за ровню. Особенно я посоветовал бы этот образ действий тем, кто обладает высшими - реальными, чисто личными достоинствами, о которых нельзя постоянно напоминать путем воздействия на внешние чувства, путем, напр., орденов и титула; в противном случае может осуществиться латинская поговорка о свинье, поучающей Миневру.
Человек избегает, выносит или любит одиночество сообразно с тем, какова ценность его «Я».
Человек сам отнимает у себя все свое существование, так как все время живет лишь как бы предварительно, между прочим, - пока не умрет.
Человек, в сущности, дикое, страшное животное. Мы знаем его лишь в состоянии укрощенности, называемом цивилизацией, поэтому и пугают нас случайные выпады его природы.
Человек, одаренный духовными силами высшего порядка, преследует задачи, которые не вяжутся с заработком.
Человек, призванный к великим подвигам какого-нибудь определенного рода, от юности своей скрыто чувствует это внутри себя и работает в этом направлении.
Человеку, стоящему высоко в умственном отношении, одиночество доставляет двоякую выгоду: во-первых, быть с самим собою и, во-вторых, не быть с другими.
Чем больше человек имеет в себе, тем меньше требуется ему извне, тем меньше могут дать ему другие люди.
Чем мы являемся на самом деле, значит для нашего счастья гораздо больше, чем то, что мы имеем.
Честь — это, объективно, мнение других о нашем достоинстве, а субъективно — наш страх, перед этим мнением.
Комментарии (0)
Новые комментарии
Программа 5+1 от 30 ноября 2016
Екатерина-Килька-FM)) 2 декабря 2016 в 13:05
Наши аккаунты на других ресурсах
Добавляйся в друзья
или подписчики !!!
Будь в курсе наших новостей

Быстрая навигация по свежим материалам Неформатки

  аудит работоспособности сайта     Яндекс.Метрика